Рассказы

Сочувствующий

Сочувствующий – профессия новая. В бизнес-ритмах и интернет-вихрях, ежедневно заглатывающих и перемалывающих  людской поток, так мало места для души, для встреч за чашкой чая, для доверительных бесед… Нет, мы не психологи. Не врачи, которые начали было коситься на нас, как на шарлатанов, даром потребляющих свою порцию благ земных, а после сами оценили очевидные плюсы от встреч с нами…

Ко мне вошел мужчина. Поздоровался достаточно уверенно и бодро. Официально. Его бы сильно обидело, если бы он знал, как прекрасно видны были за привычной позой самоуверенного превосходства его усталость и одиночество. Моя работа сочувствие. Я не смеюсь над людьми, не указываю на недостатки, не учу. Я слушаю и рассказываю что-то в ответ. Поддерживаю беседу, стараясь проникнуться симпатией к гостю.  Уже через двадцать минут он пил обжигающе-горячий чай со свежайшим медовым пирожным и все напускное постепенно слетало с него, как шелуха с луковой головки.
– Представляешь? Полюбил сладкое! Никогда не любил. Ну ел, если было а теперь вот – остановиться не могу!
Он вздохнул всей своей грузной фигурой, искренне и как-то по детски.
– Угощайся! – мне нравится быть радушным хозяином, особенно когда клиент выбирает в качестве напитка чай или кофе. Некоторые предпочитают барное меню. С ними сложнее. – Каждый имеет право на удовольствие.
– Да, удовольствие… Чай у тебя вкусный. – гость замолчал, явно не зная, как начать рассказ о себе.
– Много клиентов?
Я позволил себе улыбку. Вопрос был из разряда тривиальных. Мужчина был явным интеллектуалом, но видно, слегка растерялся.
– Много. Некоторых слушаю – тоска берет, до чего же изощрённо судьба глумиться, другим удивляюсь – вроде все прекрасно, а вот тоже в сочувствии нуждаются.
– Ну да. Я из вторых, наверное. У меня все есть. Работа, жена, дети, дом, машина, техники всякой… Но иногда отчаяние накрывает! Не поверишь!
– Поверю, если расскажешь.
– Мы когда поженились, у нас ничего не было. Ни жилья своего, ни денег, но хорошо было! Вместе все делали, все обсуждали, смеялись, праздники себе устраивали. Потом сын родился… Не знаю как объяснить… Я всего сам добился. И горжусь этим! Мне вот никто на блюдце ничего не подносил. А сын старший – оболтус.
– Лентяй? Двоечник? – я приготовился выслушать очередную историю об избалованном мажорном недоросле, свесившем ноги с мощной папиной шеи. Но, оказалось, что сын учится хорошо, и на будущее свое планы строит, и интересы помимо компьютерных примитивов имеет, и со спортом не на ножах. Но не круглый отличник, хотя мог бы, бардак в комнате наводит, забывает о просьбах. Одним словом, не идеален.
– …и вот сам ведь не видит ничего! Полотенце у него упало, пока не скажешь, не поднимет! Не видит! Как он жить-то дальше будет! А жена меня не понимает. Ей все хорошо! Контролировать его не хочет, говорит ” это его жизнь, он должен сам захотеть.. “…  – разговорился мой клиент. И сквозили в его словах и забота, и любовь отцовские, но вперемешку с какой-то ребяческой обидой. Волна за волной выплескивалась усталость от ощущения, что мир, который он создал, держится только на нем, благополучие окружающих зависит только от него, а без его участия погрязнут все в пучине безобразий и беспомощности. Дети, по его мнению, были страшно избалованы. Эгоисты, не желающие считаться с отцовскими интересами. Младший двухлетний сын частенько развлекался, играя на папиных нервах с помощью плача и крика, а жена не позволяла даже рявкнуть как следует, не говоря уж о том, чтобы отвесить хорошего шлепка. Да и сама она далеко не образец хорошей жены, усердной работницы и примерной хозяйки, постоянно пыталась заставить его то посидеть с ребенком, то поиграть с ним… Как она не может понять что он устал!… Сомневается она в его любви. Неужели не видит сколько он всего делает!…

Я слушал его, а в голове моей вертелась одна история, которую я слышал совсем недавно. Она как-то очень уж странно в унисон звучала с нынешней, но, если можно так выразиться, в иной тональности.
– … Представляешь? – спросил меня гость с надеждой, что я в полной мере проникнусь его правдой, увижу жизнь его глазами и не просто посочувствую, а пойму и одобрю. И я сочувствовал ему. Искренне. Как положено. Да и как иначе? Столько было сил положено на пути к счастью, столько гор свернуто, а не радуют ни семья, ни работа! Мы долго говорили. Стать родной душой моя прямая обязанность. Под занавес я обычно делюсь чем-то из своего опыта.
– Не так давно ко мне за сочувствием приходила женщина. – начал я свою ответную историю, – У нее тоже все вроде бы прекрасно. Дети, муж, работа приличная. Сама говорила, что многие позавидовать могут, но…
– Тоже оболтусы?- спросил мой гость.
– Нет. О детях она говорила с гордостью. Старший (тоже сын) – ее помощник. С малышом ей помогает, и по дому на подхвате, и учится хорошо. Малыш ласковый, улыбчивый. Дети друг-друга любят.
– Повезло!- заметил он со вздохом.
– А у нее что не так было? Муж надоел? Денег не хватало?
– Как раз наоборот. На бедность она не жаловалась. Муж любимый. Ее горе было в том, что он перестал видеть хорошее в том, что имеет, а у тех кто рядом видит сплошные недостатки. Ей не хватало его доброты и тепла. Домой он вроде приходит, а работать не перестает. Поест – и за компьютер. Ей кажется, что дети его не интересуют. Не хочет он с ними ни играть, ни присматривать. А ведь ей иногда тоже очень нужна его помощь! Она переживала, что муж стал очень раздражителен. Думала даже, нет ли у нее соперницы…
– Забавно! Моя тоже часто о том же…  Глупости!
– Глупости, конечно, – я покивал, соглашаясь и с ним, и со многими моими предыдущими визитерами. У них ведь все есть, кроме желания слышать и понимать друг-друга. Жить вместе и страдать от одиночества? Действительно глупо, но… Сеанс подошел к концу.
– Спасибо, – мой клиент пожал руку и открыл бумажник. – Действительно легче, когда есть кому выговорится. И чай у тебя действительно вкусный. Из его бумажника выпала небольшая фотография женщины. Я поднял.
– Моя жена. – улыбнулся он.
С фотографии на меня смотрела миловидная женщина с легкой полуулыбкой. Моя бывшая гостья.

Вертится наш шарик! Быстро вертится! Когда-то фантасты пугали читателей перспективой покупать воздух и воду. Сегодня это не страх. Это нормально, это реальность. Любовь, искренность, радость, тепло… Все становится товаром. То, что достается даром, просто не ценится. А я что? Я могу только посочувствовать. Это моя работа.

"Я - это я. Точнее не скажешь. Все иное было бы уклонением от истины."© Да и кто о себе сможет рассказать больше? Ведь в это короткое слово вмещается слишком много сокровенного, совсем немного осознанного и слишком мало публичного...

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.